Майя Розова о шансоне и не только

Майя Розова о шансоне и не только

  — Сделаем лирическое отступление – Ваши сыновья слушают песни в Вашем исполнении? Ни у кого из них не было соблазна пойти по творческой или эстрадной стезе?

— Мои сыновья редко, но слушают песни в моём исполнении: «Мам, ну почему все твои песни такие грустные...» В мажоре, как оказалось, у меня песен почти нет и даже шуточные – тоже написаны в миноре! У моих сыновей в фаворе совершенно другая музыка. Как я уже писала, мой младший никогда не рассматривал музыку, как профессию, но силён в литературе, а старшенький – в музыке, киносценариях, но русскую музыку не знает, а вот российские криминальные фильмы иногда смотрит, но говорит, что только для информации… Живя в Лос-Анджелесе — городе, где, мягко говоря, жуткие криминальные сюжеты пишутся сами по себе 24 часа в сутки, ему, видите ли, нужно черпать криминальное вдохновение из российских фильмов!

— За эти годы кто-то предлагал какие-то совместные проекты, может быть, предлагал записаться, переиздать Ваши диски? Вы сами бы решились сейчас на это – взять и переиздать свои песни, что записаны за эти годы?

— Нет, Миша, мне никто не предлагал совместные проекты. Как я уже рассказывала, что много лет жила в полной изоляции от русских тусовок и ко времени, когда «вышла из укрытия», дабы отмыться ото лжи, певцы — иммигранты, которых хорошо знала, вернулись в Россию. Диски мои переиздавать нет смысла, так как они известны во всех странах, где есть русские общины, а так же и в России. Вот в самое время нашей с Вами беседы, я, в домашней обстановке, закончила запись около 20-ти новых  песен под гитару. Песни эти написаны мной в разное время, но сегодня пришёл срок их спеть. Всё было не так просто. Некоторые записала с первого раза, а с некоторыми пришлось повозиться, так как одной гитары было недостаточно для чёткости ритма. И начался процесс накладывания второй гитары на существующий аккомпанемент. Игре на гитаре никогда не училась, о чём очень сожалею, но профессиональное музыкальное образование пианистки мне крайне помогло. Для меня сегодня очень важна чёткость текстов в моих песнях и на записях я этого добилась.

– Почему-то очень часто говорят, что работать в данном жанре, я имею в виду шансон, не подразумевает под собой наличие музыкального образования, что Вы думаете об этом?

— Я даже не знаю, что Вам, Миша, ответить на это. Не хотят, пусть музыкально не образовываются, но те, кто так считают, просто обкрадывают себя и своих почитателей. Кстати, автор множества песен, поэт, композитор, музыкант и певец Владимир Волжский (Петров), находясь в заключении, заочно окончил Московский Народный Университет Искусств! Когда-то реди музыкантов ходила легенда – шутка о Екатерине Алексеевне Фурцевой, тогдашнем министре культуры СССР, известной тем, что не придавала большого значения музыкальному образованию некоторых талантливейших артистов и композиторов и на одном из съездов заявила, что в два счёта найдёт им всем замену в народе, среди, не в обиду будет сказано, скотоводов, трактористов и ткачих, на что ей ответили вопросом, а к кому она обратится, если понадобится сделать аборт...        

— Как Вы сами определяете жанр, в котором работаете? Что для Вас значит словосочетание «русский шансон»? Что нравится, что не принимаете в этой музыке?

— Сегодня я не знаю, в каком жанре пишу. Все, без исключения, сюжеты моих песен взяты из жизни! Только в одной моей песне «Рассказы таксиста», проходит тема криминала, но историю убийства в этой песне поведал мне мой брат, Сёмочка. Он, когда-то очень давно, по приезде в США, стал работать таксистом и однажды, вернувшись домой, рассказал нам о крутом мужике, о его молодой спутнице и чемоданчике с деньгами, а я лишь художественно оформила сюжет. Пишу я о том, что знаю: o любви и разлуке, o потерях и смерти, о матерях, о войне, просто шуточные песни. В музыке я принимаю всё и с уважением отношусь ко вкусам других, пусть они и не совсем совпадают с моими. Русский Шансон – это песни о реальной жизни огромного большинства граждан страны, но в то же время, очень индивидуальные, где каждый из этого большинства может найти что-то родственное себе, близкое, сочувствовать герою песни и болеть за него. Ещё хочу сказать, что свобода творчества в стране является залогом успешного развития национального искусства этой страны в целом! Искусства, лишённого влияния со стороны, не существует. Как ни пытались не впускать джаз в СССР – у них ничего не вышло и оказалось, что джаз имеет волшебное свойство создаваться на темы национальных песен многих народов Советского Союза. В оркестре О. Лундстрема музыканты писали джазовые произведения на темы русских, татарских, грузинских, армянских народных песен… Но не еврейских! Уж простите, что вернулась к «еврейской теме». У кого что болит, тот о том и говорит! Представляю, как на одном из концертов О. Лундстрема, конферансье Борис Алов (Боренька Алоиц) объявляет со сцены: «А сейчас наш оркестр исполнит для вас произведение Аркадия Шабашова на темы еврейских народных песен!» Я упомянула имя именно Алика (Аркадия Хаимовича) Шабашова, так как он написал несколько прекрасных джазовых произведений для оркестра на ТАТАРСКИЕ темы! Почему на татарские? Алик родился в Казани...

— Вы живете уже много лет в США, есть у Вас такая вещь, как ностальгия? Если есть, в чем она выражается?

— Вот она, правда! Ностальгия иногда одолевает, но тоскую я по молодости, что прошла в России и частичной причиной этой тоски является оторванность от русского языка и народа, говорящего на русском. Вот потому, повторяю, многие из певцов – иммигрантов, вернулись в Россию. Они осознали, что в США, сегодня, просто никому уже были бы не нужны. Русские иммигранты 70-х – стареют и умирают, а их дети, в большинстве своём, американизировались, и русские песни их не волнуют. Во многих русских кабаках сегодня работают уже не иммигранты, а просто музыканты, приехавшие заработать и вернуться в Россию. Я им завидую! Они не должны выбирать между родиной и свободой, как пришлось это сделать нам.

Вот что я написала много лет назад о моей тоске по России « Прощай, Россия»


 Ах, Россия, Россия, нагрянут глухие морозы.
 А потом разольётся с дождём перламутровый лёд.
 Зашевелятся гибко под ветром весенним берёзы,
 И сама тебе жизнь свою песню во всю запоёт!

 Ты когда-то мне часто являлась в виденьях крылатых,
 А теперь поселилась в моих нестареющих снах:
 Будто я, от метро, направляюсь к ночному Арбату,
 И снежок голубой всё кружит в золотых фонарях.

 Я лишь в книжках встречаю картины, родные когда-то:
 Суетливые галки уселись в проёме окна.
 Ах ты русская быль: Шереметьево, обыск, солдаты,
 И я горечь из чаши отчизны хлебаю до дна!

 Покидали тебя, разрывали железные сети!
 Ты, как мачеха пасынков, нас провожать не пошла.
 У кого мне спросить, кто признается, кто мне ответит?
 Невзлюбила за что, за какие грехи нас кляла?

 Зла в душе на тебя не таю, боль годами укрыта...
 Меня долго чужбина учила, как выжить на дне!
 Я оставила юность с тобой, и меня не вини ты,
 Что мои сыновья родились на чужой стороне!

 Ах, Россия, Россия, гляжу на тебя издалёка.
 И, как в песне, весной, журавлей наблюдаю полёт.
 Обо мне, прилетев, прокурлычут тебе ненароком...
 И над домом, когда-то родным, заалеет восход.

Может и шибко сентиментально, но зато — от души!

— Можете прямо вот так, с ходу рассказать любимый анекдот?

— Заходит в бар слепой дядька с собакой – поводырём, тут же хватает собаку за хвост и начинает раскручивать над головой. К нему подбегает вышибала и восклицает:

— Ты что, гад, делаешь?!

— Оглядываюсь!

— Ваши музыкальные и литературные пристрастия, вкусы и авторитеты… Что читаете, что слушаете в свободное время?

— Не перечислить, Миша! Я непрестанно возвращаюсь к классикам русской литературы, так как приходится отвечать на вопросы моего младшего (как я уже рассказывала, что в колледже он изучает русский, как иностранный) и вопросов этих у него куча, но какой-то фундамент был заложен в детстве моими родителями, и он хорошо успевает, а для себя я заново открыла наших великих русских писателей и всякий раз нахожу среди них новые, как Вы сказали, авторитеты. О поэтах не говорю – без поэзии не проживу и дня! Перечитала многих американских новеллистов, но уже в оригиналe, на английском. Слушаю разнообразную музыку – классику, джаз, поп, кантри, музыку народов мира и странную электронную музыку, которой меня потчует мой старший сын. Хочу сказать, что кое-что из его любимых мне стало нравится, особенно со звуками, каких живыми инструментами просто не извлечёшь и они, положенные на различныe ритмы, действительно, могут быть грустными, тревожными, жалостливыми и чувственными.    

— Что для Вас лично эмигрантская, ностальгическая, скажем так, песня? И какой Вы видите ее сейчас?

— Ностальгия питается тоской по утерянной Родине, куда возврата уже нет. Повторюсь: когда мы уезжали – это было навсегда! Кто тогда помышлял о перестройке? А сегодня я могу махнуть в любую точку России. Поэтому песни о тоске по России с их ностальгией сегодня не совсем актуальны.

— С кем из коллег-музыкантов, может быть, в России или США дружите и общаетесь сейчас?

— Ни с кем.

— Майя, что для вас счастье и свобода?

— Тема свободы – очень хрупкая и деликатная вещь, особенно если собеседников разделяет океан. Для меня, как певицы и автора песен, одним из важнейших условий Свободы, является свобода творчества! Только народ может решать, что ему читать, писать, слушать, петь и подо что танцевать и власть не имеет права навязывать или запрещать в стране ту или иную музыку, поэта, писателя, артиста и национальность творящих в искусстве. Дальше — когда ты, высказав во всеуслышание нелестное мнение о главе государства или политике правящей партии, не боишься за свою жизнь и жизнь своей семьи. Когда ты, присоединившись к обществу единомышленников, можешь многое изменить в своей стране.

            Кондратий Федорович Рылеев нацарапал эти стихи на оловянной тарелке...

Надпись на крепостной тарелке

Тюрьма мне в честь, не в укоризну,

За дело правое я в ней,

И мне ль стыдиться сих цепей,

Коли ношу их за Отчизну.

            Какая горькая ирония! В 1826, его, тридцатилетнего, казнили в Петропавловской крепости за участие в декабрьском восстании 1825 года. Стих меня поразил. Как же это возможно убить в человекe стремление к счастью и свободе – его самое первое и неотъемлемое право! Конечно, идеального «царства свободы» на земле просто быть не может и всё потому, что нас, людей, Бог создал такими духовно несовершенными, противоречивыми, грешными бунтарями! От безграничной свободы до анaрхии — один шаг, нo не зря Мойсей передал нам от Бога Десять Заповедей. Живя в России, ни о Мойсее, ни о заповедях ничего не знала, хотя моего дедушку, папиного отца, очень набожного еврея, звали Мойсей. И только в США меня просветила, опять-таки, моя подруга Ниночка, христианка, подарив мне Библию – Ветхий и Новый завет!

            Не влезая в дебри споров о настоящей свободе, нам следует, по мере возможности, придерживаться этих заповедей,  и тогда жизнь наша будет настолько совершеннее. Но о свободе в нескольких словах не расскажешь! Спасибо Вам, Мишенька, за предоставленную возможность порассуждать. А вам, друзья, прочитавшим эти строки, опять-таки, спасибо за «свободные уши» и, как всегда, желаю всем Здоровья, Cчастья, Любви, Свободы и MИРА!

Михаил Дюков 2008 год

При использовании наших фотографий и текстовых материалов гиперссылка на Blatata.Com строго обязательна.
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Яндекс.Метрика