Михаил Круг - Тридевятое царство-2

После оглушительного успеха песни-сказки “Тридевятое царство” было бы странно не узнать, чем же закончилась история удалых друзей Зели, Мишки и Калиныча. Михаил Круг, чувствуя запрос публики, подарил слушателям прямое продолжение — “Тридевятое царство-2”. Эта композиция — не просто сиквел, а логическое завершение сюжета, доведенное до пика абсурда и сатиры. Если первая часть была о приключениях в поисках выпивки, то вторая — о том, что происходит, когда эта выпивка найдена в неограниченном количестве.

История создания и место в дискографии

Песня “Тридевятое царство-2” была выпущена в 1998 году в составе альбома “Мадам”. Этот альбом стал одним из самых знаковых в творчестве Круга, наряду с “Жиган-Лимон”. Автором музыки и слов вновь выступил сам Михаил Круг, что подтверждает его уникальный талант рассказчика.

Выход продолжения спустя четыре года после оригинала был абсолютно логичен. Первая часть стала народным хитом, а ее герои — почти фольклорными персонажами. Слушатели хотели знать, что же случилось после того, как в замке Кощея не оказалось “вина”, а было лишь “сребро да золотишко”. Круг дал им исчерпывающий ответ.

Популярность на радио и ТВ: Как и первая часть, песня не была форматом для центральных каналов, но ее ждал мгновенный успех “в народе”. Кассеты с альбомом “Мадам” разошлись огромными тиражами. “Тридевятое царство-2” стала обязательным номером на застольях и в репертуаре ресторанных музыкантов. Позже, с развитием радиостанций жанра шансон, она прочно вошла в ротацию как неотъемлемая часть сказочной дилогии.

Литературный смысл: от квеста к тотальному разгуляю

Если в первой песне мы наблюдали квест, целью которого был поиск алкоголя, то во второй части цель достигнута, и начинается самое интересное — безудержный русский праздник. Смысл песни заключается в сатирическом изображении разгульной стороны национального характера через призму сказочных персонажей.

Ключевые идеи композиции:

• Деконструкция сказки: Круг продолжает разрушать сказочные каноны. Положительные герои (Иван-царевич), мудрые помощники (Кот) и даже добрые доктора (Айболит) предстают в образе обычной пьяной компании.
• Прагматизм против волшебства: Магия и чудеса теряют всякую ценность перед лицом бытовых нужд. Волшебную Щуку солят к пиву, из Курочки Рябы готовят ужин, а джинн в бутылке воспринимается как досадная помеха.
• Гиперболизация застолья: Песня — это гимн русскому пиру, который стирает все социальные рамки и приличия. Он превращается в хаос, где “там кого-то кто-то бил”, а главный герой требует “подарков”.
• Главное желание: Финальный твист с Хоттабычем — это квинтэссенция всей дилогии. Из всех возможных чудес герои выбирают самое практичное и желанное — неиссякаемую бутылку.

Детальный разбор текста песни

Пройдемся по сюжету этого грандиозного сказочного банкета.

Кащей подох — труху смели и замком завладели, и половик тот, что нашли, в подарок дали Зеле. Сего дерьма у них завал, а золотого фонда — сказать — так выльется в скандал почище Джеймса Бонда.

Начало задает тон: Кощей побежден как-то между делом (“подох — труху смели”). Герои завладели его несметными богатствами, но относятся к ним с пренебрежением. Самым ценным трофеем оказывается… половик. Это ироничное принижение материальных ценностей, начатое в финале первой части.

Приперлись те, кто был не зван,- вся пьянь известных сказок,- Иван-царевич, Кот-буян, Петрушка — штамп под глазом. Сыр на закуску — дефицит!- лиса, откуда сыр-то? Тут врач-вредитель Айболит принес пол-литра спирта.

Круг собирает в одном месте весь цвет русского фольклора, но представляет их в совершенно неприглядном виде. Иван-царевич — дебошир, Кот — “буян”, а добрый доктор Айболит становится “врачом-вредителем”, приносящим спирт. Это полная инверсия знакомых с детства образов.

Калиныч снял свой лапсердак, залез на стол в ботинках и, раздавив свиной пятак, снял шапку-невидимку. С кого он снял — никто не знал… Калиныч в шапке приставал к русалкам в туалете. И он невидимый бродил, щипал гостей сначала, но там кого-то кто-то бил,- Калинычу попало.

Этот эпизод — классическое описание пьяного кутежа. Калиныч, завладев волшебным артефактом, использует его не для великих дел, а для мелких пакостей. Но даже магия не спасает от последствий: в общей свалке достается всем, и видимым, и невидимым.

Тут Зеля громко завопил: «Хочу тотчас подарков!»… а на десерт велел подать курятину из Рябы. Куда чего — не разобрать, тут Щуку изловили, нет — чтоб желанье загадать,- на пиво засолили.

Здесь сатирический накал достигает пика. Зеля, как хозяин положения, требует не просто развлечений, а полного подчинения сказочного мира его прихотям. Волшебные существа, способные исполнять желания и нести золотые яйца, цинично превращаются в обычную закуску. Это апофеоз прагматизма, доведенного до абсурда.

Потом за праздничным столом пари вдруг заключили… С одной спортивной стороны — Калиныч, Мишка, Зеля, с другой — Горыныч в глотки три,- и пили, ели, пели. Куда там Змею победить,- слаба его сноровка! И Змей упал и кончил пить без должной тренировки.

Главный антагонист русских сказок, Змей Горыныч, побежден не мечом богатыря, а в соревновании по употреблению алкоголя. Троица друзей оказывается сильнее трехглавого чудища благодаря “тренировке”. Это высшая степень иронии над эпическими битвами добра и зла.

Раскрыл бутылку, наклонил,- в стаканы не полилось. В сердцах ее об пол разбил,- и тут все заискрилось: Старик Хоттабыч в ней сидел… А Зеля сердится, ворчит: «Старик, ты ж понимаешь,- нам выпить хочется, а ты бутылку занимаешь! Так сделай милость — испарись… а нам бутылку подари — чтоб в ней не поиссякло!»

Финал песни — ее гениальная развязка. Появление всемогущего джинна не вызывает радости или трепета. Хоттабыч воспринимается как помеха, занимающая тару. Величайшее чудо, которое может сотворить джинн, — это не дворцы и не золото, а создание “скатерти-самобранки” в формате одной неиссякаемой бутылки. Это самое приземленное и одновременно самое заветное желание героев, ради которого они прошли весь свой сказочный путь.

Восприятие аудиторией

“Тридевятое царство-2” была принята слушателями с восторгом. Если первая часть была остроумной зарисовкой, то вторая стала полноценным гимном безудержного веселья. Ее полюбили за:

• Искрометный юмор: Песня наполнена гэгами и комичными ситуациями, которые мгновенно стали крылатыми.
• Узнаваемость: Каждый, кто бывал на большом русском застолье, узнавал в этом сказочном хаосе знакомые черты.
• Завершённость истории: Песня дала логичный и очень смешной ответ на вопрос “а что же было дальше?”.
• Музыкальность: Запоминающийся мотив и харизматичное исполнение Михаила Круга сделали песню идеальной для хорового пения в компании.

Заключение

“Тридевятое царство-2” — это не просто продолжение хита, а его грандиозное завершение. Михаил Круг создал уникальное произведение, в котором сказочный мир служит лишь декорацией для едкой и в то же время добродушной сатиры на национальный характер. Песня показывает, что никакое волшебство и никакие сокровища не могут сравниться с главным желанием простого человека — собраться хорошей компанией и отдохнуть душой так, чтобы даже Змей Горыныч не выдержал. И в этом заключается ее непреходящая народная любовь.

Текст песни

Кащей подох — труху смели и замком завладели, и половик тот, что нашли, в подарок дали Зеле. 
Сего дерьма у них завал, а золотого фонда — сказать — так выльется в скандал почище Джеймса Бонда.

Друзья решили поутру звать в гости для знакомства Ягу, чертей, Кикимору, соседей с воеводства.
Тряслися с вечера врата от стука вновь пришедших, царила в замке суета, всю ночь горели свечи.

Приперлись те, кто был не зван,- вся пьянь известных сказок,- Иван-царевич, Кот-буян, Петрушка — штамп под глазом.
Сыр на закуску — дефицит!- лиса, откуда сыр-то? Тут врач-вредитель Айболит принес пол-литра спирта.

Вот все к столу присели там, ударили по кружкам,- сначала пили по сто грамм, но перешли к кадушкам.
Калиныч снял свой лапсердак, залез на стол в ботинках и, раздавив свиной пятак, снял шапку-невидимку.

С кого он снял — никто не знал: те пьяные и эти, Калиныч в шапке приставал к русалкам в туалете.
И он невидимый бродил, щипал гостей сначала, но там кого-то кто-то бил,- Калинычу попало.

Тут Зеля громко завопил: «Хочу тотчас подарков!»- и музы из последних сил забренькали на арфах.
Он начал смело выступать, Русалку взял за жабры, а на десерт велел подать курятину из Рябы.

Куда чего — не разобрать, тут Щуку изловили, нет — чтоб желанье загадать,- на пиво засолили.
Вся живность сказочная там — в заливке и в обжарке, танцует целый вечер нам из Шамахан татарка.

Потом за праздничным столом пари вдруг заключили — бадьи наполнили вином и очень много пили:
С одной спортивной стороны — Калиныч, Мишка, Зеля, с другой — Горыныч в глотки три,- и пили, ели, пели.

Куда там Змею победить,- слаба его сноровка! И Змей упал и кончил пить без должной тренировки,
А Зеля выпить все искал, обшарил все до метра,- и вот принес в банкетный зал последние пол-литра.

Раскрыл бутылку, наклонил,- в стаканы не полилось. В сердцах ее об пол разбил,- и тут все заискрилось:
Старик Хоттабыч в ней сидел: «Спаситель мой, о Зеля! Проси что хочешь — мой удел хвалить твое безделье!»

А Зеля сердится, ворчит: «Старик, ты ж понимаешь,- нам выпить хочется, а ты бутылку занимаешь!
Так сделай милость — испарись, чтоб здесь тобой не пахло, а нам бутылку подари — чтоб в ней не поиссякло!»